АНАТОЛИЙ МЕНЬШИКОВ – Часть 2


На следующий день я был в отделе кадров. Но меня отфутболили, сказав, что детский труд в стране запрещен. Я был молодой и нахальный, но хилый, и мне не исполнилось еще семнадцати лет. Я не успокоился, пошел к замдиректора, тогда им был Ефим Филиппович Улановский. Тот тоже меня прогнал. В отчаянии спускаюсь по лестнице... Навстречу мне поднимается какой-то веселый человек. Я к нему:

- Дяденька, вы не знаете, где Любимов?

- А зачем тебе Любимов?

- Да я думал — на Таганке свобода, а тут сплошные контрики. Не берут меня на работу.

- А почему ты хочешь работать именно здесь?

АНАТОЛИЙ МЕНЬШИКОВ – Часть 2

- А здесь правду говорят.

Может быть, ему понравилась моя пионерская искренность (а это, как выяснилось, и был Любимов), не знаю... Но он отвел меня в отдел кадров, и я стал рабочим сцены Театра драмы и комедии на Таганке. Это было 17 октября 1967 года.

Работали мы с восьми утра до двенадцати ночи: утром репетиции, вечером спектакли. Многие жили довольно далеко, мне, например, приходилось иногда ночевать в театре. В общем, наступили самые счастливые в моей жизни времена, как это я теперь понимаю, по прошествии двадцати с лишним лет... Было трудно, жутко тяжело, но очень интересно. Замечательные заседания Художественного совета, которые никому не возбранялось посещать. А там бывали Эрдман, Твардовский, Можаев, Абрамов... Это было славное время, удивительная атмосфера. Тогда и формировались наши души...

А с Высоцким я познакомился при довольно своеобразных обстоятельствах. Я люблю об этом вспоминать... 1 ноября 1967 года я впервые получил трудом и потом заработанные деньги. Их было немного - 31 рубль 25 копеек. Семья уже ждала этот капитал - надо было жить... Получил деньги, иду по коридору очень довольный: 25 рублей маме, а остальное - на личные расходы. А навстречу мне идет артист театра Борис Будкеев. Кстати, замечательный был артист, к сожалению, его уже нет в живых...

- Привет! Получку получил?

- Получил.

- Пойдем в картишки перекинемся?

- А я не умею...

- Ну, в «очко» - это же так просто... И думать не надо — как карта пойдет.

Здесь надо заметить, что отношение к актерам у нас у всех - монтировщиков, осветителей, рабочих - было как к инопланетянам. Мы смотрели на них «с чувством страха и умиления». И вдруг этот небожитель, который сеет разумное, доброе, вечное, запросто подходит и предлагает поиграть в карты! Это же счастье!


| на главную страницу | стихи | дискография | фотогалерея | пресса | ссылки | |