МАРИНА ДОБРОВОЛЬСКАЯ – Часть 4


С другой стороны, Андрею Донатовичу, по-видимому, тоже было интересно с нами. Как потом выяснилось, он впервые столкнулся с такими яркими индивидуальностями, хотя у него были ученики и прежде. Его очень заинтересовал наш «капустник», идею которого подсказал наш любимый педагог Борис Ильич Вершилов. К сожалению, он умер в марте 1957 года. По его идее мы сделали необыкновенный «капустник».

Вообще, наш курс был очень музыкальным. Валя Никулин великолепно играл на рояле. Гена Ялович - на многих музыкальных инструментах, его аккордеон постоянно лежал в Студии. Рома Вильдан тоже играл. Я помню, что и Володя садился за фортепиано, что-то подбирал.

С первого же «капустника», в котором было очень много музыки, мы стали любимым курсом в училище. Изображали педагогов, студийную жизнь.

А Борис Ильич смотрел-смотрел на все это и как-то сказал:

- Знаете что, ребята. Что же вы не делаете настоящих «капустников»? Таких, какие когда-то были во МХАТе!

- Как? У нас нормальные «капустники»!

- Да нет. Вы всё изображаете педагогов, всё про свою Студию. А вот во МХАТе делались пародии на все виды искусства. Попробуйте сделать такой!

И наш курс сделал такой «капустник»! Была пародия на трагедию - мы играли «Отелло». Мавром был Жора Епифанцев, его красили черным. Я играла Дездемону... Выходили люди в красных колпаках со свечами. Жора говорил: «Сначала свечу задую, потом ее». И надевал черный колпак. А перед появлением Отелло я пела:

Как увижу, как услышу,

Все во мне заговорит,

МАРИНА ДОБРОВОЛЬСКАЯ – Часть 4

Вся душа моя пылает,

Вся душа моя горит!


| на главную страницу | стихи | дискография | фотогалерея | пресса | ссылки | |