МИХАИЛ ТУМАНИШВИЛИ - Большой Каретный


Высоцкого утвердили на роль, а вас нет — это не повлияло на ваши отношения?

Ну что вы! Я был счастлив, что Володя попал на картину... Это было удивительное и прекрасное время, когда каждый совершенно искренне радовался за товарища, который получил пусть даже твою роль. Сейчас такое понять практически невозможно... В нашей компании были такие отношения, что любой успех твоего друга воспринимался как большой праздник для тебя лично! С тех пор многое изменилось - мы поскучнели, постарели, стали жестче, а тогда это было совершенно нормально.

Большой Каретный — что вам особенно запомнилось из того замечательного времени?

Запомнилось ощущение непрерывного, постоянного творчества. Да, был в наличии весь привычный антураж: застолье, тосты - но мы собирались не для этого. Собирались поговорить, поспорить... Многие из нас недавно закончили театральные институты, многие уже начинали работать в кино, было много друзей и знакомых в театрах и на студиях. Первые фильмы, первые роли, первые книги... А еще собирались, чтобы послушать первые Володины песни.

МИХАИЛ ТУМАНИШВИЛИ - </b>Большой Каретный

Причем на Большом Каретном бывали совершенно разные люди - от высоких интеллектуалов до настоящих блатных. А между ними - жокеи, бильярдисты, работники торговли - и вообще кто угодно. В общем, крутилась такая громадная команда, в которой могли встретиться люди совершенно разные по своим симпатиям и антипатиям. И все это объединял, конечно, Лева - человек громадной эрудиции и сильного концентрирующего начала.

И вообще, это был родной дом, куда мы могли прийти когда угодно и с кем угодно. И мне всегда было жалко жену Левы - Инну Кочарян. Ведь на ее плечах лежали заботы о всей нашей банде. Дом был абсолютно открытым - с утра до вечера. Ей было, конечно, очень трудно - всех нас и накормить, и приютить, и со всеми справиться. Ведь были времена, когда мы встречались там почти ежедневно.

Иногда мы ходили в ВТО, рестораны тогда были гораздо дешевле и доступнее. Зарабатывали мы мало, но на все хватало. И никогда не считали деньги... Не было расчетов - сегодня ты платишь, а завтра я. Все, что было, несли в этот дом. Жили, повторяю, как одна семья.

Причем людям, которые собирались у Левы Кочаряна, всегда было интересно друг с другом. Может быть, в другом доме они не сказали бы между собой двух слов... Но на Большом Каретном была такая атмосфера, что люди раскрывались. Это всем нам очень многое давало.


| на главную страницу | стихи | дискография | фотогалерея | пресса | ссылки | |