ПИСЬМО ПЕРВОЕ – Часть 3


ПИСЬМО ПЕРВОЕ – Часть 3

Мы примерно до 12 сидели в гримерной у Славиной, хотя, впрочем, у них одна гримерная на 10 человек. С 12 до 13 часов вместе с актерами, режиссером и приглашенными - на втором этаже в буфете. Было очень тесно, окна не открывались, только форточки, а все курили сигарету за сигаретой. Перечислять ли, кто был здесь? Был практически весь «Современник» (Табаков, Гафт, Кваша, Неелова - вся мокрая от слез), был Театр Ленинского комсомола (я не видел самых известных актеров, кроме Караченцова, но это не значит, что их не было), был Эфрос с семьей, Дуров, Грачев, Остроумов, Яковлев, Козаков и другие. Был Даль (я впервые его видел после исчезновения с Малой Бронной), были известные вахтанговцы во главе с режиссером (не видел Борисовой). Ахмадулина, наш историк, специалист по Возрождению Баткин в одной компании с Ахмадулиной. Что правда, то правда - из академических театров, не считая Вахтанговского, не видно почти никого. Олег Стриженов выглядел очень одиноким, не было видно даже Ефремова. В зале на панихиде яблоку, как говорится, негде было упасть и было очень душно. Выступали: Любимов, Золотухин, кто-то от Союза кинематографистов (похоже на Чухрая, но я не знаю, он ли), очень хорошо говорил Ульянов (не представляю себе похороны без Ульянова, да они как два брата - много общего), кто-то из Министерства культуры, Никита Михалков и опять Любимов. Говорили о неповторимости личности Высоцкого, о том, как интенсивно он жил, как он народен. Надо было слышать и видеть, в каких словах и как это говорилось (осталось, правда, подозрение, что некоторые из выступавших при жизни Высоцкого не подозревали о его популярности). Любимов, как всегда, держался режиссером и исподтишка руководил всем, подавая сигнал для начала музыки и т. п. Хотя наблюдательный глаз мог заметить - давалось ему это все через силу и что гораздо больше его заботила в тот час с небольшим муха, летающая возле гроба (то есть не сама муха, а то, что она может сесть на покойного). Вообще вся труппа очень переживает, лица ни на ком нет, и у женщин и у мужчин, причем женщинам как-то больше удавалось держать себя в руках, может потому, что мужчины были долго заняты встречей гостей (вот уж неподходящее слово!) у милицейских кордонов - и устали.


| на главную страницу | стихи | дискография | фотогалерея | пресса | ссылки | |